Научная работа в МЧС России

Научная работа в МЧС России

Научная работа, связанная с разработкой способов защиты объектов экономики от обычного высокоточного оружия

После увольнения А. Кострова в январе 1994 г. из 27 НИИ МО СССР, старший научный сотрудник ВНИИ по проблемам гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций (ВНИИ ГОЧС) полковник запаса Иван Иванович Мухин (в прошлом старший преподаватель кафедры баллистики Академии им. Ф.Э. Дзержинского, кандидат технических наук, доцент), работавший в отделе правового обеспечения ГО и защиты населения и территорий от ЧС, рекомендовал начальнику этого отдела полковнику Степанову Владимиру Яковлевичу выслушать А. Кострова по вопросу трудоустройства. Владимир Яковлевич переадресовал просьбу соискателя работы начальнику отдела ВНИИ ГОЧС, занимавшегося защитой объектов экономики от высокоточного оружия (ВТО), генерал-лейтенанту в отставке Палию Александру Игнатьевичу. «Как математик-прикладник, – сказал В.Я. Степанов, – вы Александру Игнатьевичу больше подходите (в то время трудно было представить, что приблизительно через два с половиной года придётся вернуться в отдел правового обеспечения)».
Помнится, Александр Игнатьевич, выслушав А. Кострова, представил его начальнику института генерал-майору Черничко Борису Иосифовичу. Вскоре состоялось заключение контракта с ВНИИ ГОЧС, подписанного начальником института, о приёме А. Кострова на работу на должность старшего научного сотрудника 602 отделения 60 отдела с основным окладом – 111900 рублей в месяц. Контракт, вступивший в силу 01 марта 1994 г. (приказ по ВНИИ ГОЧС от 1 марта 1994 г. № 45) предусматривал «вознаграждение за высокий конечный результат в соответствии с действующим в институте «Положением о премировании», за «степень кандидата наук» – 15%, учёное звание «старшего научного сотрудника» (доцента) – 5% и за выслугу лет – 40% (максимальное значение) основного оклада [1].


[1] На указанную дату 1 доллар стоил приблизительно 1750 рублей, в конце 1994 г. – 3500 рублей.


Подписанные начальником 60 отдела А.И. Палием должностные обязанности А. Кострова были сформулированы так:
– проводить исследования по выполняемым НИР в отделе;
– в исследованиях применять современные методы, совершенствовать специальную подготовку;
– принимать участие в разработке тематических заданий, рабочих программ и других документов, связанных с НИР;
– участвовать в обсуждении промежуточных и итоговых результатов исследований;
– оформлять отчёты о НИР;
– вносить предложения по повышению эффективности проводимых исследований и реализации результатов НИР;
– выступать с сообщениями о выполняемых НИР, публиковать результаты исследований, участвовать в изобретательской работе отдела;
– соблюдать внутренний порядок, трудовую дисциплину, требования режима секретности, правил техники безопасности, производственной санитарии и противопожарной защиты.
Специальные обязанности по тематике отдела:
– руководить работой научных сотрудников и младших научных сотрудников по вопросам исследования состояния перспектив развития, боевых возможностей и способов применения высокоточного оружия (ВТО), средств радиоэлектронного противодействия (РЭП) и средств доставки потенциального противника;
– знать взгляды потенциального противника на подготовку и ведение войны, на возможные пути совершенствования характеристик и боевых возможностей ВТО, средств РЭП и средств их доставки, методы поражения объектов экономики (по материалам публикаций);
– разрабатывать алгоритмы и математические модели оценки эффектов воздействия ВТО по объектам экономики и территории страны, а также их защиты от поражения ВТО.
Отдел состоял из 2-х отделений, один из которых занимался защитой объектов экономики [2] от высокоточного оружия (ВТО), поражающим элементом которого является высокоточный снаряд (ВТС) [3]. Начальником этого отделения был кандидат военных наук доцент полковник в запасе Эдуард Яковлевич Богатырёв, до увольнения в запас – старший преподаватель Академии им. М.В. Фрунзе (до сих пор работает главным специалистом в Центре стратегических исследований гражданской защиты МЧС России (ЦСИ ГЗ МЧС России)).


[2] Наряду с понятием «объект экономики» использовалось более общее понятие «объект тыла», «объект инфраструктуры».

[3] В эти годы тематика защиты объектов от ВТО была очень актуальной в связи с опытом первого массового применения «умного» ВТО в ходе воздушной наступательной операции многонациональных сил во главе с США в войне в Персидском заливе (17.01–28.02.1991). ВТО предназначено в первую очередь для вооружённой борьбы с противником на поле боя, Но, как показывают произошедшие в последние десятилетия вооружённые конфликты с применением ВТО и ВТС, указанные средства широко используются и для разрушения ОЭ, и для разрушения органов государственного управления (ОГУ).
Общепризнано, что ВТО и ВТС способны избирательно и высокоэффективно поражать указанные объекты практически на всей глубине территории противника, они могут быть использованы как поражающие средства террористических действий.


palij-a-i

Генерал-лейтенант Палий Александр Игнатьевич (1922–2006) – участник Великой Отечественной войны (с его слов, его зенитные орудия в 1941 году были установлены в Москве на территории, где сейчас находится «Площадь Победы») и Парада Победы на Красной площади Москвы 24 июня 1945 года. Видный специалист в области ПВО, гражданской обороны и радиоэлектронной борьбы. Кандидат военных наук, доцент (в последующем доктор военных наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, академик Международной Академии информатизации, член-корреспондент и руководитель секции гражданской обороны Академии военных наук). Похоронен на Троекуровском кладбище в Москве.


Александр Игнатьевич и старшие научные сотрудники 602 отделения Ф.Г. Маланичев [4] и кандидат технических наук З.Е. Баньщикова [5] к этому времени разработали открытый проект «Основных положений концепции защиты объектов экономики от обычного высокоточного оружия» (далее – Основные положения концепции), распространённый в Министерстве Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (МЧС России) [6].


[4] Маланичев Федор Георгиевич, военный химик, полковник в отставке, ветеран военной службы, специалист в области гражданской обороны. После передачи тематики отдела А.И Палия из ВНИИ ГОЧС в ЦСИ ГЗ МЧС России – главный специалист этого Центра. Сфера интересов – история гражданской обороны и защиты населения. Один из инициаторов и активных авторов книги «От МПВО к гражданской защите. Исторический очерк» / Под общ. ред. С.К.Шойгу. – «М-УРС», 1998 г., автор многих статей научно-справочного труда «Гражданская защита. Энциклопедия»/ Под общ. ред. С.К. Шойгу.

[5] Баньщикова Зоя Ефимовна, химик, участник ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС, кандидат технических наук, старший научный сотрудник (ныне ведущий научный сотрудник ВНИИ ГОЧС (ФЦ)).

[6] Положения концепции так определяли «защиту ОЭ от ВТО» – «это мероприятия и средства по предотвращению, предупреждению и ослаблению поражающих воздействий высокоточных боеприпасов по жизненно важным (ключевым) элементам объектов с целью снижения ущерба, сохранения способности производить продукцию в запланированном объёме и номенклатуре, снижения вероятности возникновения вторичных поражающих факторов». «Главная цель защиты – недопущение сильного разрушения основных производственных фондов и создание таких условий, при которых нарушенное функционирование объекта может быть восстановлено в приемлемые сроки».


А. Костров начал свою научную работу в 602 отделении с изучения вышеуказанного проекта Основных положений концепции, книг: Палий А.И. Радиоэлектронная борьба: Средства и способы подавления и защиты радиоэлектронных систем. – М.: Воениздат, 1981; Волжин А.Н., Сизов Ю.Г. Борьба с самонаводящимися ракетами. – М.: Воениздат, 1983, а также некоторых отчётов о НИР (в основном отчётов НИИ-5 и НИИ-2 МО СССР), содержащих результаты исследований способов и средств защиты важных объектов страны, в том числе и объектов экономики (ОЭ), от ВТО. В указанных Основных положениях концепции наибольший интерес у исследователя вызвали разделы, в которых описывались возможные способы защиты объектов и основные направления разработки и применения средств защиты ОЭ от ВТО. Интерес к этим разделам был обусловлен ясным осознанием исследователем возможного приложения своих профессиональных знаний к совершенствованию рассматриваемых в них предметов, рассмотрение которых требовало применения методов прикладной математики, механики и теории управления.
А.И. Палий ещё со времен его деятельности на должности начальника Управления радиоэлектронной борьбы (РЭБ) Генерального штаба ВС СССР, в последующем – начальника кафедры РЭБ Военной академии Генерального штаба ВС СССР, поддерживал деловые связи с ведущими научными организациями и оборонными предприятиями страны, занимавшимися решением проблем развития средств РЭБ в ВС СССР, в том числе и проблем защиты ОЭ от ВТО. Проводимая под его руководством во ВНИИ ГОЧС работа вселяла надежды на получение конструктивных решений в деле научного обоснования и последующей реализации пассивной защиты ОЭ от ВТО комплексными силами различных видов ВС СССР.
В соответствии с концептуальными положениями пассивная защита ОЭ от ВТО должна удовлетворять следующим требованиям:
– обладать способностью оперативно реагировать на опасности поражающего воздействия ВТО и наращиваться последовательно в соответствии с возрастанием поражающего воздействия противника;
– уровень защиты должен быть адекватным степени возможной опасности, административному, политическому и экономическому значению защищаемых объектов (наносимый противником ущерб должен быть меньше приемлемого ущерба, при этом должна обеспечиваться неразрушаемость объекта, допускается кратковременное нарушение функционирования и последующее быстрое его восстановление);
– защита должна быть комплексной в связи с возможным применением различных поражающих средств ВТО, работающих в различных диапазонах электромагнитных волн и использующих различные поля демаскирующих признаков ОЭ, но экономически не обременительной (затраты на её реализацию должны быть значительно меньшими по сравнению с предотвращённым ущербом);
– защита должна предусматривать возможность возникновения вторичных поражающих факторов, возникающих вследствие разрушения объекта;
– защита должна быть мобильной и автономной, обеспечивающей эффективное её действие в условиях нарушения функционирования системы активной защиты ОЭ – системы ПВО;
– защита организуется заблаговременно, с началом возникновения военной угрозы.
Главной целью рассматриваемой защиты являлось, как это указывалось в Основных положениях концепции, недопущение «сильного разрушения объектов» [7] и создание условий, при которых их функционирование может быть восстановлено в приемлемые сроки. Для этого предусматривалось комплексное применение сил и средств ВВС, ПВО, инженерных войск, войск РЭБ и войск радиационной, химической и биологической защиты (войск РХБЗ), войск и формирований ГО (тогда войска ГО существовали как таковые).


[7] Сильным разрушением объекта считалось такое, при котором разрушено до 90–100 процентов основных конструкций и оборудования, сохранены только подвальные помещения и незначительная часть опорных конструкций.


Предусматривалось на войска и формирования ГО возложить решение таких задач, как:
– создание аэрозольных завес на пути движения высокоточных снарядов (ВТС) к цели – ОЭ;
– применение установок для пуска ложных целей-ловушек, радиоотражателей, радиоизлучающих и ложных радиоизлучающих средств, маскировочных сетей;
– проведение комплексной светомаскировки объектов;
– адаптация маскирующих свойств местности и использование зелёных растительных насаждений;
– применение масок и экранов, радиоотражателей и маскировочных сетей;
– маскировочное окрашивание;
– возведение ложных объектов и их элементов;
– снижение интенсивности электромагнитных излучений объектов;
– радиоэлектронная защита систем управления объектами и др.
Уже на начальных этапах исследований защиты с использованием сил и средств ГО исполнителями НИР был сделан вывод о целесообразности иметь, наряду с применением других пассивных средств защиты, комплексы объектовой пассивной защиты (КОПЗ) [8], способные эффективно противодействовать ВТС на ближних рубежах защиты (от нескольких сот метров до нескольких километров) путём артиллерийкого метания или ракетного вывода в определённое внеобъектовое пространство ложных тепловых ловушек (ЛТЛ), световых, радиоотражательных и радиопоглощающих элементов, а также создания аэрозольных помех [9]. На ближних рубежах [10] должна осуществляться борьба с элементами ВТО, прорвавшимися через дальний (удаление более 100 км), средний (удаление 30–40 км) и малой дальности (удаление 15–30 км) рубежи обороны (защиты), специальными средствами противодействия, в основном средствами РЭБ, не оказывающими огневое или функциональное воздействие на ВТС. Удаления ближних рубежей относительно ОЭ устанавливаются по критерию предельно допустимого (гарантированного) уровня безопасности для защищаемых объектов.


[8] В то время комплексы объектовой пассивной защиты (КОПЗ) рассматривались, в соответствии с Основными положениями концепции, как комплексы ближнего действия, поддерживаемые в готовности и применяемые в процессе защиты ОЭ силами войск ГО (тогда войска ГО существовали как таковые).

[9] Не следует считать, что рассматриваемые КОПЗ (наряду с данным названием и соответственно аббревиатурой используется также название «объектовый защитный комплекс (ОЗК)) являются панацеей. Защита ОЭ должна обеспечиваться как способом огневого поражения атакующих элементов ВТО (комплексами ПВО), так и способами создания помех их системам наведения (комплексами, обслуживаемыми силами ГО). Кстати, в ряде работ показано, что пусковые установки (ПУ) боеприпасов помех, тепловых ловушек и других средств маскировки объектов позволяют достичь наибольшей эффективности практически для всех видов объектов (целей ВТО) – точечных, площадных, линейно-протяжённых.

[10] Выбор ближнего рубежа защиты на предельно малых расстояниях позволяет сконцентрировать оборонительный (защитный) потенциал объекта и эффективно использовать его, рассредоточив в полусфере возможных атак элементов ВТО, то есть создать всеракурсную защиту объектов с использованием КОПЗ малой массы, небольших габаритов и относительно небольшой стоимости.


Первой научной, инициативной в смысле постановки задачи, работой исследователя в области обоснования характеристик КОПЗ была разработка метода оптимизации показателя «вероятность – стоимость» защиты объекта от преднамеренных воздействий, инициирующих чрезвычайные ситуации на объектах. Указанные воздействия реализуются управляемыми средствами ударно-взрывного действия (УС УВД). Защита от воздействий выполняется КОПЗ. Оптимально распределяется обобщённая вероятность защиты объекта на частные вероятности, характеризующие эффективность функционирования КОПЗ в характерные фазы его применения по предназначению. Рассмотрен пример использования предлагаемого метода оптимизации. Такая запись в качестве аннотации сделана и в отчёте о НИР, в который был начально включён материал работы, и в последующей статейной публикации в журнале ВИНИТИ «Проблемы безопасности при чрезвычайных ситуациях» (ПБЧС), 1995 г., вып. 7, с. 36–61 [11]. В заключении к этой статье сказано: 1) разработанная совокупность функциональных соотношений связывает определяющие характеристики объекта защиты (ОЗ), высокоточного снаряда (ВТС) и КОПЗ; 2) по точностным и трудозатратным характеристикам предлагаемый метод (алгоритм) выбора оптимальных параметров КОПЗ может быть отнесён к методам, используемым на стадиях проектных исследований и опытно-конструкторских разработок КОПЗ; 3) метод может быть использован при обосновании требований и к параметрам ВТС. Статья вызвала интерес разработчиков систем объектовой защиты от ВТО [12].


[11] В то время этот журнал был ежемесячным, его тираж составлял несколько сот экземпляров (до полутысячи). В настоящее время журнал имеет наименование «Проблемы безопасности и чрезвычайных ситуаций», является журналом, в котором Высшая аттестационная комиссия РФ рекомендует публиковать материалы кандидатских и докторских диссертаций.

[12] Прошло более двадцати лет после того, как были выполнены во ВНИИ ГОЧС первые НИР по тематике защиты ОЭ от ВТО силами и средствами ГО. За прошедшее время существенно усовершенствовано ВТО эвентуального противника, включая беспилотные летательные аппараты (БЛА). Усилиями отечественных конструкторов разработаны зенитные ракетные комплексы (ЗРК) типа «Тор», зенитные пушечно-ракетные комплексы (ЗПРК) типа «Панцирь», способные защищать не только военные объекты, но и ОЭ. По мнению отдельных специалистов, эти комплексы, находящиеся на вооружении, не удовлетворяют современным требованиям, предъявляемым к их эффективности (в частности к показателю «вероятность-стоимость поражения ВТС и элементов ВТО» на малых дальностях и ближних рубежах (расположенных от нескольких километров до нескольких сотен метров от защищаемого объекта). Их стоимость значительна: экспортный вариант ЗПРК типа «Панцирь-С1» (см. Википедию) – до 15 млн. амер. долларов за один комплекс. Следует отметить, что ВПК при Правительстве РФ разработана специальная программа по созданию единой системы защиты объектов от ВТО, а именно межвидовой унифицированной (в смысле управления) системы средств защиты военных объектов, экономики и инфраструктуры страны, предусматривающей включение в неё защитных комплексов ближнего действия, способных противодействовать ВТС с малым подлётным временем. Для защиты ОЭ целесообразны менее универсальные, но более дешёвые (возможно стационарные) ОЗК. Проблема в том, что количество ОЭ в России, подлежащих защите, может составлять несколько тысяч. В условиях массированных «всеракурсных» воздействий ВТС противника, чтобы не допустить сильных разрушений объекта, в зависимости от важности и числа имеющихся на объекте критических элементов, могут потребоваться десятки ОЗК. Поэтому потребное для защиты всех ОЭ страны общее количество ОЗК может измеряться сотней и более тысяч. Возникает необходимость хотя бы в приближённом решении задачи определения количества ОЗК, необходимого для выполнения требования защиты с заданным значением показателя «вероятность-стоимость» защиты. Анализ известных открытых работ, появившихся после опубликования упомянутой выше первой статьи автора и посвящённых решению проблемы защиты ОЭ от ВТО и ВТС, показал, что в них не рассматриваются вопросы оптимизации определяющих характеристик ОЗК, позволяющих осуществить защиту объекта, исходя из заданного значения показателя «вероятность-стоимость» защиты типового ОЭ.


Ко второй разработке исследователя в области защиты ОЭ, к которой был проявлен интерес специалистов, следует отнести «Методику внутри- и межгруппового ранжирования объектов экономики и территорий». Разработка этой методики была определена техническим заданием на одну из НИР, выполняемых отделом А.И. Палия. Методика предназначалась для расстановки подлежащих защите объектов, составляющих определённую группу (например, группу объектов конкретной отрасли), по обобщённому количественному показателю важности внутри группы, или расстановку (также по количественному показателю важности) групп объектов, составляющих множество групп объектов. В первом случае в качестве обобщённого показателя важности использовалась норма вектора, а во втором – норма матрицы. Методика была первоначально включена в отчёт о НИР [13], затем апробирована по инициативе начальника 1-го управления гражданской обороны ВНИИ ГОЧС полковника Пучкова В.А. на плановых занятиях с руководящим составом ГО. После этого она была опубликована в виде статьи с наименованием «Методика внутри — и межгруппового ранжирования объектов экономики и территорий» в том же журнале «Проблемы безопасности при чрезвычайных ситуациях» (1995, вып. 9, с. 36–61).


[13] Отчёт о НИР № ВИ-59401 («Заря-94) «Разработка предложений по защите силами и средствами ГО важных объектов экономики от обычного ВТО и преднамеренных действий»/ Науч. руководитель А.И. Палий. – М.: ВНИИ ГОЧС, 1994 (п.7.9 – Математико-модельные исследования эффективности защиты объектов экономики от воздействия высокоточным оружием средствами пассивного противодействия, с.59–88).


Следует указать также на разработку, выполненную в рамках проблематики защиты ОЭ от ВТО в соавторстве с упоминаемым выше Александром Михайловичем Мардюком. Результаты этой разработки опубликованы также в журнале «Проблемы безопасности при чрезвычайных ситуациях» (1995, вып. 11, с. 36–54) с названием «К определению риска инициирования чрезвычайных ситуаций на объектах и территориях». Цель этой разработки заключалась в синтезе метода и соответствующего вычислительного алгоритма определения условной вероятности попадания снаряда в объект – его критический элемент, имеющий коническо-цилиндрическую геометрию и произвольное положение в физическом пространстве. Нередко такие конфигурации, как критические элементы ОЭ, имеют вытяжные трубы, воздуховоды, переходники-расширители, воздухо- и водозаборники, водонапорные башни, участки трубопроводов горюче-смазочных, химических и ядовитых веществ, корпуса реакторов АЭС и другие элементы. Необходимо заметить, что содержащийся в этой статье алгоритм является адаптированным алгоритмом, основывающемся на алгоритме, изложенном в упомянутой выше статье – Костров А.В., Мардюк А.М. Об одной математической задаче движения ракет// Журнал вычислительной математики и математической физики, 1994, т. 34, № 10, с. 1425–1443. Данный алгоритм ориентирован на решение задач оценки риска поражения критических элементов ОЭ.
В развитие указанной выше методики внутри- и межгруппового ранжирования объектов экономики и территорий исследователем разработана методика интервального ранжирования объектов по многим показателям, опубликованная в журнале ПБЧС (1996, вып. 1, с.46–68) – Костров А.В. Интервальное ранжирование объектов по многим показателям. Во введении к статье сказано, что её целью является:1) формулирование задачи много интервального ранжирования объектов по неограниченному числу частных и обобщённому показателям важности; 2) изложение аналитико-алгоритмического решения этой задачи, опирающегося на положения теории принятия решений и многомерного шкалирования измеряемых и оцениваемых размерных и безразмерных показателей (параметров) ранжируемых объектов.

Открытый разговор с А.И. Палием по поводу дискриминации труда некоторых сотрудников отдела

Включившись в НИР, выполняемые институтом (в том числе и отделом), в соответствии с планом научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР), утверждаемым ежегодно Министром МЧС России на год или более продолжительный срок, и за выполнение которых исполнители этих работ получают заработную плату из государственного бюджета [14], исследователь не сразу узнал, что руководство отдела и его некоторые сотрудники выполняют работы по контрактам, заключенным какой-то организацией (заказчиком, внешним работодателем) с временным трудовым коллективом (ВТК), созданным из работников института (отдела). Естественно, эти работники имели дополнительный (иногда существенный) доход. При этом они выполняли такие НИР в пределах установленного рабочего дня. Было бы «по социалистически» справедливым, если бы члены ВТК, отработав положенное рабочее время при выполнении плановых НИР, продолжили выполнение «контрактных НИР» вне рабочего дня, или отказались от установленной по должности заработной платы, выплачиваемой за время выполнения работ по контракту. Нередко получалось так, что одни и те же результаты исследований помещались и в отчёты о «бесплатных НИР», и в отчёты о «контрактных НИР». Поэтому государство от контрактных НИР имело (что имеет место быть и в настоящее время) дополнительные неэффективные бюджетные расходы, поскольку исходным источником финансирования «контрактных НИР», как и «бесплатных НИР» является всё тот же государственный бюджет. Особенно это касается выполнения НИР в области обороны и обеспечения безопасности государства учебными и научными учреждениями. Библиотеки многих подобных учреждений – исполнителей контрактных НИР представляют собой склады крупнообъёмных (нередко макулатурных) отчётов, недоступных для ознакомления с ними рядовому читателю.


[14] Эти плановые темы называют обычно бюджетными темами НИР (в последнее время нередко научные сотрудники их именуют как «бесплатные»).


По нашему мнению, организация НИР на контрактной (так называемой «внебюджетной») основе деятельности является пока в России одним из основных плохо контролируемых факторов неэффективного расходования государственных средств. Здесь требуется прозрачность организации и высокая ответственность Заказчика при приёмке результатов «конкурсных НИР».
Работая в Академии им. Ф.Э. Дзержинского и в 27 НИИ МО СССР в советские годы, исследователь не знал вышеуказанного метода повышения эффективности научно-исследовательской деятельности. Хотя приходилось участвовать в заключении нескольких финансовых договоров Академии с организациями оборонной промышленности (Заказчиками) на выполнение НИР и НИОКР. Заключение и исполнение таких договоров регламентировалось Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 24 сентября 1968 г. № 760 «О мероприятиях по повышению эффективности работы научных организаций и ускорению использования в народном хозяйстве достижений науки и техники». Однако по этим договорам Исполнитель (в частности Академия) мог использовать средства, получаемые от Заказчика по договору только на развитие или создание научно-исследовательской базы, при условии, что после выполнения НИР (реализации заказа) оборудование и приборное оснащение, приобретённые за счёт средств Заказчика, должны быть возвращены Заказчику. Не допускалось использовать денежные средства, получаемые по договору, в качестве фонда заработной платы для исполнителей НИР. Помнится, существовала специальная инструкция, изданная в соответствии с указанным постановлением, которая допускала в размере 2% от стоимости договора использовать средства для оплаты труда исполнителей НИР, но это разрешалось делать при выполнении особо важных для государства НИОКР.
Так вот, на одном из застольных отдельческих торжеств (в настоящее время назвали бы это «корпоративным праздником») А.И. Палий произнёс (в стиле коммунистической риторики) тост за крепкий, сплочённый коллектив отдела. После того как бокалы были осушены, исследователь А. Костров, обращаясь к Александру Игнатьевичу, сказал, что сплочению коллектива отдела способствовало бы устранение в отделе дискриминации [15] труда отдельных сотрудников. Гвалт присутствующих сменился на абсолютную тишину. Последовал спокойный (кстати, не помнится, чтобы Александр Игнатьевич выходил из себя) вопрос начальника: «В чём же вы видите дискриминацию труда в отделе?». На прямой вопрос последовал прямой ответ: «Стоимость рабочего часа сотрудника отдела, участвующего в «контрактных НИР», значительно выше стоимости рабочего часа такого же сотрудника отдела, занятого исключительно в выполнении «бюджетных НИР». Как бы в подтверждение правильности ответа, А. Костров спросил старшего научного сотрудника Ю.П. Погребного: «Юрий Петрович, Вы согласны с ответом на поставленный вопрос?», на что он ответил: «Да, согласен». Показалось, что начальник пришёл в состояние непродолжительного замешательства. Через некоторое время он сказал: «Давайте подумаем, как нам устранить этот недостаток». Торжества быстро свернули и все разошлись по домам. На следующий день начальник вызвал исследователя и спросил его: « Вы что, считаете меня паханом [16]?». Вопрос наводил на мысль, что после вчерашнего логичного и правильного его заявления – «нужно подумать, как устранить имеющийся недостаток» – его ночные размышления привели к несуразице. Отвечать на поставленный вопрос исследователь счёл бессмысленным и, попросив разрешения, вышел из кабинета. Произошедший инцидент отрицательно не повлиял на работу исследователя, он продолжал выполнять бюджетные НИР. Как-то к нему подошёл один из сотрудников отдела и предложил расписаться в специальном листе за получение некоторой суммы, назначенной якобы в порядке доплаты за выполнение бюджетных НИР. До сих пор непонятно, из какого источника поступили эти деньги. Во всяком случае, исследователь не расписывался в протоколе собрания ВТК, выполнявшего НИР по контракту (договору), то есть он не являлся исполнителем контрактной работы [17].


[15] Дискриминация (от. лат. discrimination) – различие. Проблемы обеспечения равного доступа к труду и равноценная оплата за него остается одной из самых острых социальных проблем внутригосударственного и мирового масштаба. Трудовая дискриминация – недопустимое явление. Согласно Конституции Российской Федерации закреплены правовые основы недопущения дискриминации, в том числе и трудовой. В соответствии с ч. 2 ст. 19 Конституции государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств.

[16] Пахан (словарь воровского жаргона) – главарь преступной группы, вор в законе, старший в камере или авторитет. На тюремных работах не работает, за него работают другие или другой, провинившиеся или должники, или просто назначенные.

[17] В некоторых отделах практиковалось включение сотрудников отдела, выполняющих только бюджетные НИР, в протокол собрания ВТК, выполняющего контрактную НИР, с указанием объёма денежного вознаграждения. Хотя это и представляет собой в некотором смысле подлог, но, с другой стороны, является одним из способов реализации справедливой оплаты труда сотрудников отдела.


Следует заметить, что при аттестации (о чём предметно будет сказано ниже), связанной с включением отдела в состав 1-го управления ВНИИ ГОЧС, начальник отдела (А.И. Палий) дал положительную служебную характеристику на исследователя. Однако, когда А.И. Палий с группой сотрудников отдела переходил в ЦСИ ГЗ МЧС России, он не пригласил в эту группу ни А. Кострова, ни Ю. Погребного. В последующем исследователь из ВНИИ ГОЧС перешёл по собственному желанию на работу в ЦСИ ГЗ МЧС России, где отношения с Александром Игнатьевичем стали более открытыми и взаимно уважительными (оба состояли в должностях главных специалистов-руководителей научных работ). В период подготовки своей докторской диссертации к защите он обращался к исследователю за консультацией по некоторым математическим вопросам расчёта боевой эффективности оружия. Исследователь присутствовал на его похоронах и на поминках на год его смерти на Троекуровском кладбище.

Участие в анализе опыта выполнения АСДНР в военном конфликте в Чеченской Республике

В рамках НИР «Заря-95» (науч. рук. раздела А.И. Палий), наряду с решением исследовательских задач защиты ОЭ от ВТО, пришлось: 1) систематизировать и обобщать практические и документальные данные по планированию, организации и проведению аварийно-спасательных и других неотложных работ (АСДНР) в социогенной чрезвычайной ситуации (ЧС), возникшей в условиях вооружённого конфликта низкой интенсивности; 2) обосновывать рекомендации по совершенствованию технологии проведения АСДНР в указанной ЧС (опыт, полученный в основном в крупном населённом пункте – г. Грозный – в начальный период развития вооружённого конфликта (конец декабря 1994 г. – май 1995 г.)).
В августе 1995 г. 60-й отдел А.И Палия был включён в 1-е управление ВНИИ ГОЧС, и отделу был дан номер 14. Соответственно номера отделений 60 отдела – 601 и 602 были заменены на номера 141 и 142. В связи с этим научные сотрудники отделений прошли аттестацию. Сохранилась «Служебная характеристика на старшего научного сотрудника 602 отделения полковника в отставке КОСТРОВА Анатолия Васильевича», подписанная начальником 60 отдела А.И. Палием. В характеристике, наряду с биографическими данными, указано: «Работал в 27 ЦНИИ МО. В институте (ВНИИ ГОЧС) с 1994 г. Старший научный сотрудник 602 отделения. За этот период времени принимал участие в разработке трёх НИР. Работы выполнены на высоком научном уровне. В списке научных трудов свыше 100 научных статей, научных монографий и отчётов о НИР, имеет 38 свидетельств на изобретения. Все работы выполняет тщательно и на высоком научном уровне. Добивается реализации результатов научных исследований. Имеет научно-педагогический стаж свыше 31 года».
Вывод: занимаемой должности соответствует, достоин назначения на должность старшего научного сотрудника 142 отделения 14 отела 1 управления».
Заключение: занимаемой должности соответствует, достоин назначения на должность старшего научного сотрудника 142 отделения 14 отдела 1 управления. – ВРИО начальника 1 управления подполковник С.Качанов.
Решение аттестационной комиссии: занимаемой должности соответствует –Председатель комиссии генерал-майор И. Денисов, 31.08.1995 г.
Между тем исследовательская работа по анализу и систематизации опыта организации и выполнения АСДНР в военном конфликте в Чеченской Республике продолжалась и авторский коллектив в составе – Дурнев Р.А. (в те годы совсем молодой офицер, участник АСДНР в Чеченской Республике; в последующем – заместитель начальника ФГБУ ВНИИ ГОЧС (ФЦ), полковник запаса, доктор технических наук), Костров А.В., Макаров С.Ю., Матковский А.В., Хапалов Е.А., Хомяков Н.Н. – опубликовал в журнале «Проблемы безопасности при чрезвычайных ситуациях» (ПБЧС) статью «Социогенная чрезвычайная ситуация [18]: новый опыт аварийно-спасательных и восстановительных работ» – 1996, вып. 3, с. 42–77. Публикация представляет интерес и в настоящее время для специалистов, занимающихся планированием и проведением АСДНР в условиях вооружённых (военных) конфликтов. Участие А. Кострова в подготовке этой работы заключалось (как это указано в публикации) в агрегировании и систематизации, а также в научном редактировании материалов (в порядке ответственного исполнительства раздела) в процессе их подготовки в отчёт о НИР «Заря-95».


[18] «Социогенная чрезвычайная ситуация», в отличие от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, означает чрезвычайную ситуацию, сложившуюся вследствие военных и террористических действий социума (общества).


В развитие этой опубликованной работы были проанализированы и систематизированы материалы для отчёта о НИР № ВИ 59501 (шифр «Заря-95»),1995 г., содержащие описание инженерно-технического и инженерного обеспечения АСДНР, проведенных в условиях военного конфликта в Чеченской Республике. На основе этих материалов авторы – Буланов С.Н., Дурнев Р.А. Костров А.В., Макаров С.Ю., Хомяков Н.Н. опубликовали в том же журнале ПБЧС (1996, вып. 6, с. 45–77) статью с названием «Новый опыт инженерно-технического обеспечения аварийно-спасательных и восстановительных работ в социогенной чрезвычайной ситуации». Соавтор А.В. Костров, выполняя функции ответственного исполнителя раздела НИР, выступил в роли систематизатора материала и научного редактора статьи. Эта статья, в дополнение к предыдущей, сохраняет актуальность, поскольку даёт возможность читателю представить порядок укомплектования техникой сводных мобильных отрядов (СМО) группировки сил МЧС России и её применения в условиях локального военного конфликта.

Публикации работ во второй половине 90-х годов, связанных с анализом эффективности ударов эвентуального противника по объектам инфраструктуры и экономики [19]


[19] Эти публикации сделаны после переключения исследователя с тематики защиты ОЭ от ВТО на тематику нормативно-правового и методического обеспечения гражданской обороны и защиты населения от чрезвычайных ситуаций, их можно считать как последействие наработок по указанной тематике защиты объектов экономики (объектов тыла) от ВТО.


К этой группе работ, прежде всего, следует отнести научную статью – А.В. Костров. К прогнозированию ущерба, наносимого территориям в социогенной чрезвычайной ситуации (ПБЧС, 1996, вып. 10, с. 59–71). В ней рассмотрена методика возможного распределения противником своего ресурса средств поражения (РСП) по административно-территориальным образованиям страны (АТОС). В сущности методика отражает возможный вариант принятия решения противником по распределению ресурса своей единой группировки средств поражения, предназначенной для одновременного нанесения удара по ОЭ, расположенным на всей территории противной стороны. Она (методика) основывается на алгоритмической процедуре оценки важности АТОС (выполняемой с использованием упоминаемой выше методики ранжирования объектов) и, например, пропорциональном по отношению к показателю важности АТОС выделяемом противником количестве средств поражения.
В следующей работе из этой группы, изложенной в статье – А.В.Костров. Дискретная модель определения ущерба, наносимого объектам в социогенной чрезвычайной ситуации (ПБЧС, 1997, вып. 6, с. 50–75), синтезирована математическая схема (алгоритм) расчёта ущерба, причиняемого объектам экономики противником (в том числе диверсионными и террористическими группами) с использованием обычных управляемых средств объёмно-взрывного действия (УС ОВД). Дискретность модели интерпретируется как ступенчатая аппроксимация весовой функции среднего ущерба, вызываемого совместным разрушающим эффектом ударной волны и её импульса. Приняты пять степеней наносимого ущерба: 1) очень малый ущерб (очень слабая степень разрушения объекта); 2) малый ущерб (слабая степень разрушения объекта); 3) средний ущерб (средняя степень разрушения объекта); 4) большой ущерб (сильная степень разрушения объекта); 5) очень большой ущерб (полная степень разрушения объекта). По замыслу, разработанная модель должна составить часть алгоритма прогнозного распределения противником своих средств поражения на объекты АТОС и, следовательно, расчёта суммарного ущерба, наносимого экономике АТОС [20].


[20] Содержание настоящей статьи развито (в направлении построения расчётного алгоритма определения риска разрушения точечного объекта типовым единичным боеприпасов объёмного взрыва с использованием только элементарных функций) в статье – А.В, Костров. Методика расчёта риска разрушения объекта гражданской обороны устройством объёмного взрыва// Проблемы безопасности и чрезвычайных ситуаций, 2013, № 6, с. 62–74.


Следует также указать на разработку алгоритмов прогнозирования потребных количеств средств поражения в зависимости от заданных характеристик рисков разрушения территориальных объектов при социогенных чрезвычайных ситуациях. В её основу положена игра за «разумного противника» с использованием понятия «риск разрушения объекта». Результаты опубликованы в статье – А.В. Костров. Прогнозирование характеристик риска разрушения территориальных объектов при возможных социогенных чрезвычайных ситуациях (ПБЧС, 1998, вып. 3, с.47–71).
В 1999 г. на IV Всероссийской научно-практической конференции «Современные войны и гражданская оборона» в соавторстве (совместно с В.А. Пучковым и В.В. Зайцевым) сделан доклад на тему «Методика определения показателей важности регионов». Текст доклада опубликован в Материалах этой конференции. – М.: ВНИИ ГОЧС, 1999.
Заключительной разработкой исследователя по тематике, связанной с защитой объектов экономики и населения силами гражданской и территориальной обороны страны, была статья-лекция «Концептуально-оперативные характеристики источников современных социогенных чрезвычайных ситуаций», опубликованная в журнале «Проблемы безопасности при чрезвычайных ситуациях», 1999, вып. 5, с. 8–36. В её аннотации сказано: «С опорой на концепцию оценки социальной опасности и с использованием показателей рисков вооружённых конфликтов (как источников социогенных чрезвычайных ситуаций (СЧС)) предложена градация современных вооружённых конфликтов по признаку их интенсивности. Системно рассмотрены характерные формы и способы поражения территорий и гражданского населения в таких конфликтах. Описаны качественные представления связности концептуально-оперативных характеристик современных вооружённых конфликтов. Установленная связность может явиться важной определяющей системной характеристикой в деле осуществления модернизации гражданской и территориальной обороны страны».
Данная публикация стала последней по тематике исследований, проводимых А. Костровым в отделе А.И. Палия.

Переключение на тематику нормативно-правового и методического обеспечения ГО и защиты населения от ЧС

В связи с передачей в конце 3-го квартала 1996 г. тематики исследований отдела А.И. Палия (14 отдела) в ЦСИ ГЗ МЧС России старший научный сотрудник А. Костров был переведён 1 октября 1996 г. (приказ № 181) на равнозначную должность в 13 отдел (132 лабораторию) 1 управления ВНИИ ГОЧС. 13 отдел, начальником которого был полковник Вангородский Сергей Николаевич, занимался нормативно-правовым и методическим обеспечением гражданской обороны и защиты населения. Помнится, перед переводом в этот отдел А. Кострова вызвал начальник 1-го управления В.А. Пучков и сказал: «Анатолий Васильевич, вы переводитесь в отдел правового обеспечения ГО». Честно говоря, невозможно было ожидать такого поворота событий. Поэтому последовало, как бы, возражение, что «я же математик-прикладник, не юрист», на что Владимир Андреевич заявил: «Уверен, что преодолеете трудности переквалификации, начальник 13 отдела готов взять вас как аналитика». Так А. Костров был вынужден превратиться из исследователя методов и систем защиты объектов от ВТО (математика-прикладника) в исследователя нормативно-правового обеспечения ГО и защиты населения. Однако накопленный, хотя и не большой, научный задел в области защиты ОЭ, территорий и населения мотивировал продолжение публикаций в указанной области знаний.

(24)ЦСИ ГЗ МЧС России. Годы работы (отв. исполнителем) над 1-м изданием 4-томного труда Гражданская защита.
Энциклопедия/ Под общ. ред. С.К. Шойгу

 

BBK DIGITAL CAMERAС Люсей (в браке с 1958 г.) на даче, август 2012

 

(26)ВНИИ ГОЧС. Ведущий научный сотрудник Костров А.В. на рабочем месте. Задача — совершенствовать право и законодательство в области гражданской обороны и защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций, февраль 2013

 

(27)Поздравление с 80-летием начальника ВНИИ ГОЧС профессора Акимова В.А.

 

(28)Поздравление с 80-летием главного научного сотрудника ВНИИ ГОЧС, члена экспертного совета ВАК РФ профессора Севрюкова И.Т.

 

(29)Поздравление с 80-летием научного редактора издательства «Недра» кандидата технических наук Мардюка А.М. – дипломника Кострова А.В. и соавтора его отдельных научных статей

 
 

(30)Поздравление с 80-летием коллеги Климачёвой Н.Г. – помощника в подготовке макета и соавтора статей 1-го издания 4-томного труда «Гражданская защита. Энциклопедия»

 
 

(31)Поздравление с 80-летием дочери Оксаны

 
 

(32) Поздравление с 80-летием от сотрудников родного отдела его начальника Азанова С.Н.

Новый год 2015

А.В. и Л.М. Костровы с дочерью Оксаной и внучкой Олесей Глущенко в московской квартире (Сколковское шоссе), 2 января 2015 г. Проблемы страны — наши проблемы. Девиз тот же: «Бороться и искать, найти и не сдаваться»